Отечественный товаро…изводитель

– Ну, ё, блин! Совсем уже охренели! Ну-ка, кыш отсюда! – Петрович зло посмотрел на обнаглевшую крысу, достал из пепельницы окурок, сантиметра на три, прикурил и, кряхтя выбрался из-за скрипящего стола. Маленький кабинетик, в котором хозяйничал Петрович, кроме стола содержал в себе еще три свежепокрашенные табуретки, одна для директора и две для редких посетителей, тумбочку и массивный несгораемый шкаф, навевавший мысли о том, что интерьер кабинета не обновлялся уже лет шестьдесят.
Покопавшись в карманах, Петрович достал огромный ключ, повернул его в скважине замка, погрузил в темное чрево шкафа руки и оттуда донеслось греющее душу бульканье. Налив пятидесяточку, Петрович подцепил прямо пальцами шпротину из банки, стоявшей там же в шкафу и, мощно выдохнув, резким движением поднес рюмку ко рту…
– Петрович, бля, капни мне грамм сто, я те щас офигенную новость расскажу, – дверь в кабинет распахнулась и, следом, за голосом, в тесный кабинетик протиснулся главный бухгалтер завода безалкогольных напитков, он же по совместительству сторож, – давай-давай, не жмоться, не пожалеешь.

– Васильич, бля, вот чтоб ты скис! Так же и до кондрашки человека довести не долго. Ты что, постучать-то не можешь? – Петрович недовольно посмотрел на сотрудника, но пить не передумал и плеснул содержимое рюмки в рот. – Фффуххх, хорошо пошла! Ну что вот ты орешь с утра пораньше, работать людям мешаешь? – На, причастись, – Петрович протянул вторую рюмку главбуху, – только из закуски одни шпроты…
– Хороший ты человек Петрович, а потому слушай сюда, новая жизнь у нас с тобой скоро начнется. – бухгалтер выпил, поднес рукав к носу и глубоко подышал, – Слышал про повышение пошлин на иномарки?
– Ну. Слышал. По телевизору только про это и трындят. А мы-то с тобой причем? У меня на иномарку нету денег, потому мне вся эта заваруха по-барабану.
– Не, Петрович, ты головой-то подумай. Я ж тебе не про иномарки говорю!
– Вроде выпил немного, а уже фиг тебя поймешь: то иномарки, то не иномарки, – Петрович почесал небритую щеку и посмотрел на шкаф, – Давай лучше по-второй, чтоб день тоскливым не казался?
– Ты пока наливай Петрович, а сам не отвлекайся и слушай. Я тебе не совсем про иномарки говорю. Понял? Я тебе говорю про поддержку отечественного производителя. Пошлины-то для чего поднимают? Чтоб наши заводы смогли побольше своих машин продавать…
– Не, Васильич, ты что сегодня такой перепуганный? Хрен с ними, автозаводами, мы-то с тобой не машины выпускаем и нам от этих пошлин ни жарко, ни холодно. Мы с тобой квас выпускаем, чтоб он сдох… Ты б лучше подумал, как нам нашу продукцию побольше продать. Не берут же ни черта, из-за этой конкуренции.
– Петрович… Ага, спасибочки, – бухгалтер принял из рук директора рюмку, – я ж не отдел сбыта, чтоб думать о продажах. А вот Клавку ты туда зря взял, какой из нее сбыт. Это, конечно, не моё дело, но одного четвертого размера для работы маловато. Ну да ладно, не о том сейчас я говорю. Будь здоров, начальник, – главбух снова часто задышал в рукав. – Я сейчас тебе о пошлинах говорю. Сколько автозаводы пороги обивали, пока им это счастье перепало? Они ведь не сидели сиднем, а требовали. Улавливаешь мысль? – бухгалтер замолчал и заглянул внутрь шкафа.
– Ага, Васильич, улавливаю. Клавку я, значит, должен уволить и на ее место взять старую грымзу, у которой и подержаться-то не за что. А потом идти голосовать в поддержку повышения пошлин. Хорошая мысль, офигительно правильная.
– Да не ворчи ты, Петрович, плесни еще немножко. Смотри сюда. На машины и запчасти пошлины повысили. Начнут сейчас русские машины хватать? Начнут. Куда нафиг денутся, если иномарки будут бешеных денег стоить.
– Да у меня и на Жигули денег нет, что толку-то.
– Опять он про машины! Ты не о машинах думай, а о нашей продукции. Надо добиваться повышения пошлин на всё сырье для иностранных газировок, понимаешь? Их ведь из-за бугра везут. А если и на сырье повысят пошлину, то какой дурак будет эти газировки покупать? Вот тогда все к нам за квасом и пойдут. Понял наконец?
– Васильич… Блин… Я тебе щас сразу двести грамм налью! Я щас за закусочкой сбегаю в ларек, Васильич. Ты ж наш гений! Да тебя ж на руках носить надо! К ордену тебя….

… Петрович, впервые за долгие годы, посмотрел в окно с радостью – Ну теперь-то я найду на вас управу. Попрыгаете у меня. Посмотрим, кто из-нас через год на мерседесах кататься будет, – думал про себя Петрович. Он уже представлял себя за рулем шикарного автомобиля. Светло-коричневая кожа салона пахла деньгами. Пухленький руль с многочисленными кнопками управления просился в дорогу. Рукоятка рычага коробки автомата ласкала руку. Петрович попробовал переключить скорость…
– Ой, Петрович, я уже прям вся горю!
Петрович вынырнул из грёз, рядом с ним сидел отдел сбыта в лице Клавки. Ее голое колено меньше всего напоминало рычаг коробки передач, но было не менее привлекательным и Петрович решил не убирать руку.
– Эээххх, Клава, заживем мы скоро! И, главное, делать-то для этого ничегошеньки не надо!
За окном, через дорогу из огромных автоматических ворот выезжал сверкающий никелем грузовик, тянущий гигантскую цистерну. Огромная надпись на борту цистерны, Кокси-Кола, отражалась в зеркальных стенах корпусов завода-конкурента.
– Ничего-ничего, радуйтесь последние деньки, скоро праздник придет на мою улицу…

………………..

– Кузьмич, хватит тебе уже уже на печи валяться, давай собирай мужиков, идите в лес, лыко заготавливать, – председатель колхоза шумно ввалился в избу и неумело перекрестился на подкопченные образа.
– Иван Федотыч, да зачем нам лыко-то? Я уж почитай три месяца как сплел десять пар лаптей, вы и те продать не можете.
– Счастье нам привалило, Кузьмич! Вставай-вставай, сейчас с тобой самогоночки по этому поводу выпьем.
– Иван Федотыч, никак богатых иностранцев нашел? И много-ль лаптей плести надо?
– Какие иностранцы, Кузьмич? Бери выше. Всю Россию обувать будем. Правительство приняло закон о поддержке отечественного производителя, повысили пошлины на всю импортную обувь и сырье….
По пути в сельскую думу, председатель завернул в местный магазин, бутылочку на вечер захватить, а то самогонка что-то плохо пошла, отвык уже председатель от такого пойла.
Прилавки магазина были завалены консервированной килькой в томатном соусе, хлебом и поблескивающими бутылками с водкой.
– Марин, а что это у тебя такой товар-то бедноватый, на базу давно не ездила?
– Да нет, Федотыч… На базе кроме этого ничего нету. Сказали, что и не будет. Поддерживают отечественного производителя. А он же, сами знаете, больше ничего делать не умеет….

(если Вам известен автор пишите в комменты)

  1. Раздолбай

    А кто поддержит нас, сантехников? 😐

  2. шило

    ну, электрики, они завсегда за! 😐
    нах пропилен! даёшь чугун!
    и нах эти европроводки! у меня ящик роликов фарфоровых, годов с 50х, провода косичкой – красота!
    Раздолбай, тока с кониной надо чёй то придумать! 😐 😐

  3. Раздолбай

    Шило, конина святое! А раньше Азербайджанский был, Самтрест! 😐

  4. шило

    дык ещё повысят и пить коньяк забугорный будет не в руку! хотя мне Алагири нравится, а это вроде как и Россия.. 😐

  5. helper

    не знаю как у Вас,а в моей стране уже ничего забугорного не попъешь. Дорого ссука… sad

  6. Эльз

    Ю.Д.
    __________________
    так автор подписался…

  7. Эльз

    А коньяк нормальный такой – НОЙ. Армянский типа

Добавить комментарий