Свободные люди

Барин отложил газету, всхлипнул, высморкался с трубным звуком и позвал:
– Тихон Петрович, а Тихон Петрович. Пойдите сюда, пожалуйста.
Ответа никакого не последовало.
– Тихон Петрович, голуба, не могли бы вы подойти? – чуть громче позвал Барин.
Тишину вновь ничего не нарушило. Было лишь слышно, как муха бьется о оконное стекло и как во дворе кто-то кого-то обзывает холерой. Барин прислушался и заорал уже в полную силу.
– Тишка, гад такой! Я ж слышу как ты там чавкаешь чем-то! Поди сюда, сказано!
Тишка ойкнул где-то в соседней комнате и влетел в комнату.
– Так вы меня зовете, вашблагородь? А я-то дурак думаю – какой-такой Тихон Петрович у нас тут завелся? Думал вашсиятельства водки опять с утра уговорили и снова с буфетом почтительно общаетесь. А вы оказывается меня зовете.
– Тебя, конечно, дурак! – недовольно сказал Барин, но осекся тут же и продолжил более почтительно: – Я вас, Тихон Петрович, чего звал-то?..

– А чего сразу Тихон Петрович-то? – побледнел Тишка. – Чего я сделал-то? Чуть что так драть сразу. А я, между прочим, не так уж и много печенья вашего съел. Там одно было, с уголком.. Мыши пообгрызли. А я думаю – непорядок. Думаю – Барин придет, а тут печенье мышами едено. И съел от греха. А все остальные – на месте. Да. А ежели вы про чавканье – так это не специально. Я уж и так и эдак пробовал – все равно громко получается. А ежели вы про то, что Клавка-кухарка про меня врет – так вот. Она врет!
– Цыц! – прикрикнул Барин и вновь спохватился. – Вы, Тихон Петрович, мне договорить дайте пожалуйста.
Тишка понял, что произошло что-то непоправимое, бухнулся на колени и заревел в голос:
– Тишкой зовите, вашблагородь. Ну какой я вам Тихон, а? Не пугайте вы меня так христараде…
– Вы, Тихон Петрович, теперь свободный человек! – кусая губы сказал Барин.
– В каком смысле? – уточнил свободный человек, на всякий случай не поднимаясь с колен.
– В буквальном, Тихон Петрович. Свободен как я. – ласково сказал Барин.- В газете вона написано: крепостных не будет боле. Будут свободные граждане. Ты, Тихон, – свободный отныне.
– То есть как? – не понимал Тихон. – Это я сейчас встал и ушел отсюда, получается? Куда захотел пошел?
– Ну да. – закивал Барин. – Свобода тебе нынче.
– Ишь ты… Свобода.. – прошептал Тишка. – Так я это.. Пойду может тогда?
– Иди, конечно. – разрешил Барин. – Как я тебе, свободному человеку помешаю-то?
– Так вот чего, вашблагородь. – решился Тишка. – Я сейчас спать пойду к себе. Вы не будите, если что. Намахался я тут, за время рабства.
– Как же я тебя разбужу, коли я не знаю где ты спать будешь? – ласково сказал Барин.
– Ну как где? У себя там. На сундуке, в людской. – снисходительно пояснил Тишка.
– Не, не, не. – покачал головой Барин. – Людская-то моя. И сундук мой. Ты к себе иди, свободный человек.
– Это куда, например? – растерялся Тихон.
– Это куда-то туда. – неопределенно махнул рукой Барин. – На волю куда-то. И это… Одежонка у тебя есть какая-нибудь?
– Э. Осподь с тобой, Барин. Не голый же я стою тут. – рассмеялся Тишка.
– Не голый, конечно. Да только одежонку я тебе покупал. Моя это. Униформа, считай лакейская. – пояснил Барин. – Сдать надобно.
– Не согласный я тогда. Куда я пойду-то? Голый еще к тому же. – топтался Тишка.
– Вот же темный вы, Тихон Петрович. – вкрадчиво сказал Барин. – На свободу пойдете! Всей кожей волю ощутите. Босыми ножками по грязи Родины! Это теперь и ваша страна. Голым задом в мир подлунный, Тихон Петрович. Зато – СВО-БО-ДА!
– Вашблагородь, а вашблагородь? А может – ну ее, эту свободу? Может я как-нибудь… Как раньше может? – понял Тишка всю притягательность свободы.
– Не могу, Тихон. Ну никак. – покачал головой Барин. – Кончилось старое время. Теперь только на контрактной основе. Разве что в наём пойдешь ко мне. А иначе – ну никак. Меня ж за рабство посадить могут. Контракт надо.
– Контрахт давай! А чего мне? Пусть контрахт будет. – молниеносно согласился Тишка.
– Значит так.. – задумался Барин. – Жалованья тебе положу пятерку в месяц.
– Ухты! – обрадовался Тихон. – Пять рублей цельных?
– А то. – сказал Барин. – Пятерка. За постой будешь мне рупь платить в месяц.
– За какой-такой постой? – возмутился Тишка.
– За обыкновенный. В людской будешь. На сундуке. А хошь – отдельную комнату выдам. Только это червонец будет стоить. За пятьдесят свою спаленку тебе уступлю. – предложил Барин. – Спальня-деньги-товар. Понимаешь?
– На сундуке буду. – понял Тишка. – Четыре рубля останется.
– Не. Пятьдесят копеек за униформу, три рубля за харчи. – продолжил Барин. – Меньше – никак. Ты ж с моего стола ешь.
– Я ж объедки ем. – возмутился Тишка. – За вами что осталось подъедаю. И печенье за мышами.
– Ну не знаю.. – развел руками Барин. – Значит не договорились мы с тобой. Скидывай, значится, одежонку…
– Стой, стой! Согласен я, согласен. – бухнулся на колени Тишка. – Не дай пропасть свободному человеку, вашблагородь.
– Встань, Тихон, встань. – ласково погладил Тихона по голове Барин. – Уж за пятьдесят-то копеек можешь в пол больше не валиться. Сохраняй достоинство, раз платишь.
– Какие пятьдесят копеек? – с пола спросил Тишка.
– Ну как, родной? Неужто не понимаешь? – не менее ласково продолжил Барин. – Я тебе навстречу иду, работу даю, в привычной обстановке оставляю. Несмотря на то, что ты печенье мое втихаря жрешь. Достоинство тебе сохраняю. За то ты мне пятьдесят копеек в месяц и платишь. Откат это, Тихон. Привыкай.
– Так это.. Это ж как раньше было. – прошептал Тихон.
– Дурак. – покачал головой Барин. – Раньше ты был рабом. А теперь ты – свободный человек! Уйти в любой момент можешь.
– Так мне ж некуда! – взвыл Тишка.
– Есть куда, гражданин. За водкой сходи к буфету! Отпразднуем свободу твою. – благодушно сказал Барин. – А мне пока Клавку позови.
– Клавкааа! К Барину бегом иди! Зовут! – закричал громко свободный человек Тихон и пошел к буфету за водкой.
– Раздевайся, свободная женщина! – торжественно сказал Барин в кабинете.

Frumich.com

0
  1. Виталий

    ГГГ.. У нас, кстате. амнистировали 2500 человек в этом году.
    100 отказалось выходить на свободу – денег нет и всё такое.
    А по теме – Тишка с Клавкой вполне собирательный образ, коий можно пристегнуть и к нынешнему времени. Все вроде свободны, казалось бы – физдуй куда хочешь, ан нет… Не получается.

Добавить комментарий