Второй день похмелья после длительного запоя …Самый страшный день…День, когда начинает просыпаться усыплённая алкоголем совесть. И мир из радужного, весёлого и понятного, опять превращается в серый, зажатый социальными условностями и обязательствами унылый бытовой мирок. И расширенное сознание сужается к одной мысли, — «Какой же я, сцука, КОЗЛОПЁС!!!» Когда начинают восстанавливаться связи с серой реальностью, а в памяти проявляются живописные картинки последнего запоя, которые в условиях абстиненции, воспринимаются совсем уж отвратительно. Когда, на легкое царапанье в дверь, вздрагиваешь как от удара по наконечнику и забиваешься под стол.
— Нельзя так пугать!!! Я же с похмелья…
НЕНАВИЖУ ВТОРОЙ ДЕНЬ!!! И окружающих пользующихся моей психофизио-логической слабостью. Сволочей, интуитивно чувствующих, что сил у меня не хватит не то чтобы возражать, даже просто послать на хуй, и пользующихся этим в корыстных целях. Откуда силам-то взяться? Все силы уходят на борьбу с самим собой и со вторым днём.
Читать далее
Наши руки не для скуки
Маяк
Рождественские встречи
Праздники эти какие та ибанутые выдалисся. Падрушка моя васче из города съеблась, ебать некава бля … скушна. Сижу на кухне, водку в аднахарю синячу и журнальчик какой-та скушный полистываю. Смарю бля, реклама — «Афтаматическая служба знакомств». Это типа звонишь, абъявление аставляешь а бабы звонят и слушают кто их выебать хочет. И на каком абъявлении пизда зачесалась тому звонят. Ну или так, рукой. Бля, думаю, то што нада. Наверняка какая-нить пизда сейчас сидит, без хуя страдает и етат же журнальчик листает, а в голове у неё тока «Ибацца … ибацца … ибацца…». Увидит рекламу, позвонит, и … Бля! Срочна объяву дать нана!
Звоню, а там вся эта хуйня реальна афтаматическая: «В тоновый режим переключите … если вы хотите … нажмите … после сигнала говорите …». А чё сказать та не придумал заранее, ну и ляпнул чё первое в голову пришло: «Пародистаму самцу, из тех коней што борозды не портят, срочна нужна самка для имитации процесса размножения на безвозмездной основе. Мой телефон 8-910-…-…-…». Трупку павесил, сижу жду. Пять минут проходит никто не звонит нихуйа. Во, думаю, песдец. Никому нахуй не нужен, зря время только тратил.
Читать далее
Белочка пришла…
Про паровозы
Голодный унитаз
Был обычный зимний денёк. На улице стояла такая погода, при которой даже наш кот не хотел выходить из дома. А если и вышел, то только, похоже, чтобы вернуться с диким воплем обратно, прислонившись одним местом к батарее. Утром позвонили знакомые и пригласили в гости. Мы же не коты, которые довольны сами себе, да и в отпуске вечером делать всё-равно нечего и мы пошли.
За столом пили, ели, веселились, и тут дело дошло до одной славной комнаты – туалета. Влетаю туда, так сильно приспичило! А там стоит дикая вонь, хоть топор вешай! Ну что делать? Села. Гляжу по сторонам, освежителя воздуха нет, зато лежали спички. Как в старые добрые времена, когда ещё не было таких вот спреев-вонючек, нажгла спичек. Ни о каком чтении, естественно, речь уже не шла (там лежал шикарный журнал!). Смываю я всё содержимое. Вода ушла с таким причмокиванием, что сначала я испугалась. А когда её в унитазе не стало совсем, то у меня, во-первых, волосы встали дыбом от увиденного, а, во-вторых, захотелось от ещё более дикой вони выбежать на свежий воздух. Что я и сделала. Отдышавшись, подхожу к хозяйке и говорю: «У вас там унитаз проголодался!»
Читать далее
Я умею прыгать через лужи
Я сижу на крыше шестнадцатиэтажного дома одиноким городским тридцатилетним Карлсоном. Мужчина в самом расцвете сил. По правую руку — бутылка «Гиннес» и пачка легких «Житан». Обе — полупусты. Когда берешь бутылку в руку, она немного скользит из-за выступивших на стекле капелек росы.
Начались мои походы на крышу в мае. Перед каким-то немировским мегабоем НТВ стало чудовищно фонить и я, злобно дуясь шейными венами, поперся в тапках, футболке с Бартом Симпсоном и семейных трусах с вековой потертостью в районе члена на крышу, править антенну.
Лаз открывался просто -достаточно было раскрутить толстую проволоку, соединяющую дверь (люк?), ведущую на крышу, с приваренной к косяку (увы — дверному) железной скобой. Поднявшись, забыл об антенне — я вдруг оказался на небольшом темном островке, вокруг которого раскинулась миллионами светлячков поляна ночной Москвы.
Читать далее
