Немаров Дот Ком

Среди всех космических курьезов и розыгрышей первое место по праву принадлежит шутке Оуэна Гарриотта. В 1973 году он входил в экипаж американской орбитальной станции “Скайлэб”. Розыгрыш, который он устроил над офицером Центра управления полетами Робертом Криппеном, достоин навечно войти в анналы космонавтики.
С собой в космос Гарриотт захватил диктофон, на который его супруга наговорила несколько заранее составленных фраз. Когда в один из дней оператор Роберт Криппен вышел на связь с орбитальной станцией, Гарриотт ждал у передатчика с диктофоном в руке. Между станцией и Центром управления состоялся следующий диалог:
— “Скайлэб”, это Хьюстон, ответьте.
— Здравствуйте, Хьюстон, — бодрым женским голосом отозвалась станция. — Это “Скайлэб”.
Земля после секундного колебания поинтересовалась:
— Кто говорит?
— Привет, Боб, — отозвалась станция. — Это Хелен, жена Оуэна.
Боб несколько секунд переваривал ответ, а затем с трудом выдавил:
— Что ты там делаешь?
— Я тут решила ребятам поесть принести. Все свеженькое, — успокоил его голос с орбиты.
Центр управления молчал около минуты, а затем отключился. Видимо, у офицера связи сдали нервы.

Морг. На столе — вскрытый труп. У стола — два патологоанатома, третий читает заключение о смерти. Первый, разрезая желудок трупа:
— Ух ты! Гречневая каша! С тушенкой! Вася, будешь?
— Нет, ребята, я плотненько поужинал.
— Ну, как хочешь.
Первые двое достают ложки и с аппетитом выскребают содержимое желудка.
Когда каша подходит к концу, третий поднимает глаза от заключения о смерти:
— М-да-а-а, ребята, похоже, именно от этой каши он копыта и откинул!
Первые двое выворачивают кашу обратно в желудок и бегут к аптечке.
Третий им вслед, доставая ложку:
— Ребята, да я пошутил, инфаркт у него. Просто я подогретое люблю!