Селф-мэйд

В бесконечный раз, просунув рыло сквозь гнилой штакетник серого забора, боров механизатора Белкина взирал с тоской на унылую деревенскую улицу, на коров, меланхолично срущих под ноги редким прохожим, на пыльные одуванчики вдоль дороги и покосившиеся избушки с облупленными наличниками. «Как же заебала такая жизнь», — думал боров, — «то ли дело в Москве…» Он задумчиво подхрюкнул и поморгал подслеповатыми глазками. «А почему бы и нет, в самом деле? Вот прям щас и съебусь в город».
Иногда неожиданные приступы решимости творят чудеса. Такое чудо произошло и на этот раз. Боров перелез через забор и посеменил вдоль улицы по канаве. Там же, в канаве, наткнулся он на пьяное тело своего хозяина – механизатора Белкина. Боров на минутку присел рядом в позе пограничной собаки и немного подумал. Потом снял с Белкина теплушку, ватные штаны и замызганную кепку, почесался за ухом задней ногой и надел механизаторовы шмотки.
Читать далее

КИРЗА. Духанка (2)

Климат странный, гнилой какой-то. Болота кругом. Вечная сырость. Сушилки не работают, утром натягиваешь на себя холодные влажные тряпки.
Порежешь палец – месяц рана не заживает. У всех поголовно – грибок на ногах.
Кто-то из второй роты подхватил лобковых вшей. Причём не от девки, а через выданные в бане трусы. Теперь, прежде чем надеть сменку, разглядываем каждый шов.

Привыкаешь к особому языку. Начинаешь “шарить” и “рюхать”, стараешься не “тормозить”. Не “залетать” и не “влезать в залупу”. Знаешь, что такое “тренчик” и “чипок”.
Привыкаешь, что человека зовут, скажем, не Сергей Иванович, а “товарищ капитан”. А когда тот получает майора, какое-то время путаешься и зовёшь его по-старому, капитаном. И кажется тебе, что человек взял и сменил себе имя.
Обнаружил, что забыл, как называется в университете должность главного человека на кафедре. Полдня вспоминал. Ну не может же быть, чтобы “начальник кафедры”… Так недалеко и до того, чтобы декана “командиром факультета” назвать…
Читать далее