Немаров Дот Ком

Сибирь, зима. На обочине стоит мужик на задрипанном «москвиче». Поломался, троса нет.
Мимо на счастье проезжает «техничка» на базе ЗИЛ-157 с расположенной рядом автобазы. Водила с напарником уже никакие и едут догоняться в соседнюю деревню. Конечно же у них есть трос, да не простой, а металлический 3 см в диаметре. Цепляют мужичонку, с ветерком едут по безлюдной трассе. В какой-то из моментов водила смотрит в зеркало и не видит «москвича».

«Неужели оторвался?» — думает он и, офигевая от такой мысли (ну как на таком тросу можно оторваться), проезжает еще 500 метров, пытаясь все-таки разглядеть в снежной пороше спасаемый автомобиль. Наконец останавливается и они с напарником идут изучать обстакановку.

Оказывается, все на месте. Есть трос, есть москвич, но…
Два километра назад «москвич» съехал на обочину, перевернулся на крышу, которая стала уже плоской, ни одного целого стекла, погнутые крылья, полная машина снега и до последней степени офигевший мужик, у которого снег был даже в ширинке…

Экипаж некоего самолета насчитывал пять мужиков. В обязанности одного из них (М) входило занести перед взлетом в самолет пять парашютов. Тащить парашюты было достаточно далеко, а М, надо сказать, был уже не мальчик и, сделав два рейса, с двумя парашютами каждый, устал порядком и за пятым идти поленился.
— А если прыгать-то придется, тогда что? — спрашивают товарищи по экипажу.
— Ну, я уже старый. Это вам молодым жить да жить. Я, так и быть, останусь — ответствовал М, повалился на сложенные в кучу парашюты и креееепко уснул.

Тем временем, самолет прилетел куда положено и благополучно сел. М все еще крепко спал. Тут кому-то из экипажа и пришла в голову идея подшутить над ним…

Все с криками «Срочно! Покидаем самолет!!!» оттолкнули М, бросились надевать парашюты и прыгать в открытый люк. Ночь, за бортом ни хрена не видно, двигатели ревут (выключать их, понятно не стали).
Короче, остался один парашют, и стоят над ним командир и М.

— Прощай! — горько сказал командир и взялся за парашют. В ответ он неожиданно получил сильный удар в лоб подвернувшейся М под руку железякой и упал без сознания. В следущее мгновение М надел парашют и, широко раскинув руки, плашмя, как учили, выбросился с двухметровой высоты на асфальт аэродрома.

Итого: у командира сотрясение мозга, у М перелом носа, множественные ушибы…

Фраза «я устала» рассыпется как карточный домик, стоит только задать один простой вопрос, а именно – «дорогая, скажи, что ты делала конкретно». Открываю страшную тайну – «усталость женская штучная» вполне может продаваться в магических лавках между фотоаппаратом для съемки ауры и контейнером для протоплазмы. Почему? Да очень просто. Если отмести метафизику, и ввести термин «усталость физическая» все сразу же встанет на свои места.
Вагоны грузила? Нет.
Асфальт укладывала? Нет.
Работала мерином на перевозке гравия? Нет.
Что? Всего-то в квартирке убралась? Пусть не смешит ваши носки, у них и так нелегкая доля. Уборка квартиры трехкомнатной занимает ровно 2 (прописью – два) часа (три, если с выкладкой). Рассказы о том, как «в крови и поту я сутками мыла твои углы», по сути своей, байка для блаженных. Нет, я, например, при желании, могу кухню пол дня надраивать. Ключевое слово – желание. МОЕ желание. Вам-то ведь по большому счету, похуй, блестит у вас раковина, или нет, вам бы котлетку и в койку. Коварство улавливаете? Ага, эта крашенная дрянь от нехера делать пол дня надраивала раковину и мечтала о групповом изнасиловании, а оставшуюся половину дня сношает вас в моск на тему своей невъебической изможденности. Каково?
Читать далее →