Немаров Дот Ком

Солдаты — те же дети, только хуй больше и автоматы настоящие.

Есть у нас один любитель — водитель. Правила нарушал безбожно, на дороге ведет себя как разгильдяй. Лет от роду около 30. Есть у него дурная привычка ругатся матом на всех, кто по его мнению что то не так сделал на дороге. И вот однажды решили жить без мата v одно слово — литр бензина штраф. Ситуация v двухполосная дорога, на одной полосе стоит такси. С обоих сторон пробка по несколько машин. Наш друг поравнялся с этим таксистом, простояв минут 15 в пробке, остановил машину, опустил стекло и хотел высказать все ему по полной. Но вдруг впомнил об уговоре, а рядом друг сидит и ждет слов на бензинчик. Таксист тоже с ухмылкой приготовился к бою. И тут тирада с трудом подбирая слова: Ты — как опытный водитель.. поставил свою — не новую машину, прямо в неудобном месте. И как — водитель должны понимать, что мешаете проезду других честных машин. Не мог бы ты- опытный водитель.. убрать свою- машину куда нибудь-Ну хотябы вон в тот карман.. Таксист ожидая напряга переменился в лице НО МОЛЧА ОТЬЕХАЛ ДАЛЬШЕ.

Давно гляжу за тем, как народ пишет комментсы.
Отдельные экземпляры не перестают поражать.
Глядя на них, выделил базовые принципы написания комментсов толковыми парнями.
Вот они.

Главное в дискуссии — это показать, что ты — исключительно умен, что ты — воспарил над бренным миром, пронзив интеллектом мрачную бездну незнания и осознав/поняв все на свете сразу, без исключений.
Тема дискуссии — дело десятое.
Главное — показать остальным, что ты — умнее всех, а они — стадо баранов.

Для этого следует немедленно, в исключительно доступной форме, дать понять оппоненту (по умолчанию, конечно же, тупому дегенерату) то, насколько же он, этот идиот убогий, по сравнению с тобой туп.
Читать далее →

Два соседа на даче:
— С хуя?
— А хуя?
— На хуя…
— Не хуй!
— Ни хуя…
— Похуй…
Расшифровка:
— С чего это вы, уважаемый сосед, на забор колючую проволоку крепите?
— А почему это вас, собственно, интересует?
— Да просто хочу узнать, зачем это вообще делать.
— Да ребятишки соседские замучили. Незачем им в мой сад лазить за яблоками.
— Не думаю, что у вас получится отвадить их, только обдерутся о проволоку.
— Обдерутся они — не обдерутся — это не мои проблемы. Сад-то мой, и яблоки мои.

С тех пор, как от нас ушли Коммунисты, не стало в нашей жизни последовательности.

Когда Коммунисты отключали, например, отопление, они тут же отключали электричество, чтобы не включали обогреватели, и перекрывали газ. Потому что понятно же, что пока по радио ещё не объявили Коммунизм, где-то есть несколько несознательных сволочей, которые начнут греть свои Жопы над газовой плитой, вместо того, чтобы отправить этот газ, например, положительным финским буржуям и купить нашим любимым женщинам финские сапоги, чтобы не мёрзли у наших любимых женщин ноги и не простужались у наших любимых женщин придатки, и чтобы нарожали они нам детишек здоровых и много, а то скоро одни узбеки будут в СССР жить, хотя против узбеков никто ничего против не имеет, очень хороший они хлопок выращивают на портянки нашим солдатам, и на ХБ нашим сержантам, и на ПШ нашим офицерам.

Вот как надо глобально мыслить, сейчас уже никто так не умеет.
Читать далее →

Мужик работал на лесоповале трактористом. Зима, снег, меняют делянку. Мужику на тракторе надо тащить вагончик, в котором живут вальщики лесорубы) километров пять. Он цепляет его за трактор и тут к нему подходит бригадир вальщиков и говорит, что его бригада поедет в вагончике, в карты там водочки и т. п. тракторист понимает что мужики поддают крепко и поэтому от греха подальше запирает дверь вагончика снаружи чтобы никто не выпал и не покалечился. Сел в трактор начинает ехать. Дернул раз ни фига — вагончик примерз к земле, два- опять ни фига, дал газу — все таки поехали. По дороге иногда оглядывается назад, все нормально в маленьком окошке красная морда бригадира, гуляют мужики.

Приезжают на новое место, отцепляет вагончик, открывает дверь и тут на него с матюгами наваливается вся бригада, красные потные морды,
разгоряченные мужики. Оказывается, при тpогании с места сорвался верх вагона, а днище осталось примерзшим к земле и все мужики до следующей делянки бежали внутри вагона.