Поэтам необходимо вдохновение для создания нового рукописного творения. Художникам – чтобы взять в руки кисть и приняться за новую картину. Ну а моддером только для одного – нового корпуса. Действительно, если человек не увлечен чем-то всецело, то и делать будет без особой охоты. А моддинг относится к такому разряду деятельности, которые можно совершать исключительно при собственном желании.
Читать далее
Недели за две до хеловина на работе звонок.
– Девушка, а член изо льда у вас можно заказать?
С членами моя работа не связана, не подумайте. Мы ледяными скульптурами занимаемся.
Фыркнула.
– Что что, – говорю, – а это – всегда пожалуйста.
– Сколько стОит?
– А это смотря какого размера, – ухмыляюсь я.
И тут она выдаёт:
– В диаметре сантиметров двадцать пять и пятьдесят высотой.
Пытаюсь себе представить. Недоразумение какое-то, а не член…
– А вам, – говорю, – обязательно таких э… странных пропорций?
– Нет, нам нормальный нужен, обычный.
Фигасе обычный… Где она такое видела-то?
Ладно, уговорила её на метровую высоту при том же диаметре. Но это были цветочки.
– А вы, – говорит, – проводку внутри можете сделать?
Читать далее
В маленьком русском городке Таруса на берегу Оки, в двух часах езды от Москвы, в небольшом одноэтажном здании существует удивительная компания «Царь-пушка». Даже если бы она поставила на поток изготовление тех самых царь-пушек, более удивительной она бы не стала. «Царь-пушка» известна среди профессионалов высокоточной стрельбы своими винтовками. Самыми точными в Европе. Ни больше ни меньше.
В моей жизни было два самых больших праздника. Первый — день освобождения Румынии от немецко-фашистских захватчиков. Второй — День милиции. Первый люблю за то, что великое событие приходится на мой день рождения. Второй — за максимальное в году количество милиционеров, погибающих от алкогольного отравления. Да и пошалить можно активнее в этот день.
Потом много милиции замерзает насмерть на Новый год. В общем, я ещё и Новый год люблю. Например, за мандарины. Какое ароматное слово, поэтичное. Вот вспомнилось к месту, по-моему из Мандельштама: морозная манда Марины в пахучей подворотне мне сказала «да». За превосходное бесланское «Шаманское». По другому и не назовёшь, ведь две бутылки этих свирепых пузырьков выводят на контакт с высшим разумом. После бесланских событий я, если честно, от него отказался — у нас вон картавый джуз-кепыч за одного-то брата как отомстил, а тут целая школа. Короче, ну этих абреков от греха с их игристой ссаниной. За оливье, который я почти семь лет не ем, поскольку лучше помню его уже слегка бу, чем свежим. Это салат-феерия, гениально задуманный, чтобы одинаково выглядеть в тарелке и в унитазе. Но выходит он хорошо, надо признать. На майонезике всё ж. Мягкий. За экстремальный секс с кем попало, настоящий, незащищённый. Потому что презерватив одел на яйцо. И вроде волосы её на руку намотал брутально и долбишься усердно чреслами со всей силы, а главных мыслей две — не захрапеть на нежной спинке и не наблевать потом туда же. После продезинфицируешь хозяйство пивом (водку жалко) и гордо прыгаешь всё-таки встречать оливье.
Читать далее
Вот все сейчас ругают милицию. Спохватились бля.
А я наоборот стал относиться к ней не то чтобы с любовью, но, во всяком случае её наверное уже понимаю. Они бы и рады в ангелы, да копыта куда спрячешь?
Вот у меня был случай года два назад. Ну да, маленькому мальчику тогда ещё и года не было.
Купил я жетонов на станции метро удельная, а сам очень задумчивый. Не помню уже после вчерашнего или просто так. Бросаю жетон в щель — красный свет. Ещё раз бросаю — опять красный. Сломался, думаю, аппарат, иду к другому турникету — опять красный. Тут соображаю, что вместо жетонов бросаю двухрублёвые монеты, но уже поздно: «Пройдёмте», — говорят.
Ну пройдёмте, куда ж денешься.
В линейном отделении милиции пахнет застарелой бедой и люди мрачные. Играют в подкидного дурака. «Документы», — говорят.
А фокус в том, что я как раз ехал за своим паспортом, где мне должны были продлить регистрацию ещё на три месяца за три тыщи рублей. «Нету, — говорю, — документов».
Читать далее
