Немаров Дот Ком

— Я предлагаю мировую, — сказал уставший президент и добродушно улыбнулся.
И мировая началась…

Среди сомнительных премий, которыми награждают деятелей науки и искусства (например, «Шнобелевская премия» или «Серебряная калоша»), есть специальная награда для писателей — за самые нелепые и безвкусные описания постельных сцен, которые выходят из-под пера современных кудесников слова.
Премию «Bad Sex in Fiction Award» («Самый плохой секс в беллетристике») учредил английский журнал «The Literary Review» в 1992 году. Каждый год редакция журнала отыскивает несколько десятков претендентов на победу и воздает самому выдающемуся из них по заслугам. Победитель получает статуэтку, пародирующую киношный Оскар, и бутылку шампанского.

• 1993 год — Мелвин Брэгг «Время на танцы».
• В 1994 году определился единоличный и безоговорочный победитель. Им оказался молодой талант Филип Хук со своим произведением «Разрушители камней», в котором содержалось следующее изящное описание поцелуя: «Их челюсти слились в лихорадочном взаимном перетирании. Слюна и пот. Пот и слюна…».
• В следующем, 1995 году награда нашла своего героя в лице писателя и известного телеведущего Филиппа Керра с его романом «Решетка для гриля». Фраза: «Его прибор астрономической длины выглядел напрягшимся и очень обеспокоенным, ведь ему предстояло выполнить очень изящную и одновременно таинственную и темную задачу» — не оставила критиков равнодушными.
• В 1996 году победителем стал Дэвид Хуггинс с романом «Большой поцелуй: загадка галереи». Жюри особенно позабавило предложение: «Лиз пищала, как влажный каучук».
• 1997 год — Николас Ройл, «Вопрос о сердце».
• В 1998-м пальму первенства перехватил Себастьян Фолкс, автор произведения «Шарлотта Грей», за такой абзац: «Ее уши забил звук мягкого, но бешеного дыхания, и прошло некоторое время, прежде чем она поняла, что эти звуки издает она сама».
• А на следующей церемонии (1999г.) премию получил некий А.-А. Джил, в чьем разыгравшемся воображении женское влагалище оказалось похожим на «экзотический гриб в развилине дерева». Сексописатель был очень горд полученной премией и даже распорядился, чтобы изображение статуэтки помещали теперь на обложку каждой его книги.
• 2000 год — Томас Шон, «Поцелуи Англии».
• В 2001 году жюри отыскало самое плохое описание секса в романе Кристофера Харта «Спаси меня», который скорее следовало бы назвать «Страшный сон полярника»: «Ее рука двигается вверх от моего колена, чтобы покорить мой член, холодный и безжизненный, как Северный полюс… И когда ее рука достигает и цепко обхватывает мой Северный полюс, я в ужасе думаю: „Теперь она, конечно, захочет, накрыть его своей палаткой”».

Читать далее →

Интервьюер: Итак, вы считаете себя плотником?
Плотник: Всё верно. Это именно то, чем я занимаюсь.

Интервьюер: Как долго вы занимаетесь этим?
Плотник: Десять лет.

Интервьюер: Очень хорошо. А теперь я бы хотел задать вам несколько технических вопросов, чтобы оценить, насколько вы впишетесь в нашу команду. Договорились?
Плотник: Конечно, было бы неплохо.

Интервьюер: Должен вам сказать, что мы работаем в подразделении, занимающимся постройкой большого количества коричневых домов. Доводилось ли вам строить множество коричневых домов?
Плотник: Ну, я же плотник — я строю дома, а люди уже красят их так, как пожелают.

Интервьюер: Да, я понимаю, но не могли бы вы подсказать мне, сколько у вас опыта именно с коричневыми? Ну, плюс-минус.
Плотник: Я действительно понятия не имею. С того момента, как дом построен, меня не волнует, в какой цвет его покрасят. Может, шесть месяцев?

Интервьюер: Шесть месяцев? Вообще-то мы ищем кого-нибудь с гораздо большим опытом коричневого, но позвольте мне задать вам ещё несколько вопросов.
Плотник: Ладно. Но, знаете, покраска — это покраска.

Интервьюер: Да-да, хорошо. Что насчёт Ореха?
Плотник: А что с ним?
Читать далее →

Работа делается слишком привычной, и простой, разум же жаждет того что было раньше — накала страстей адреналина «чтобы работало завтра, и не знаю как» пока ты судорожно пытаешься понять что это вообще такое, и даже и близко не уверен что у тебя что-то получится. А может даже уверен что не получится, но пытаешься найти, читаешь, пишешь, спрашиваешь… и когда потом оно начинает шевелится — это непередавамое чувство…

Для тех, кто не видел или забыл (:popcorm:)

Времена советско-китайской дружбы.
Большая конференция в Китае, советский докладчик выступает. Выступает долго. Китайский переводчик молчит. Наконец, докладчик остановился передохнуть и выпить воды.
Переводчик, громко, неторопливо:
— Сяо.
В публике русский спрашивает китайца, с которым вместе учился в Москве:
— Ван, что значит по-китайски «Сяо»?
— Пиздит.
Советский докладчик выступает дальше. Выступал еще полчаса, завершил доклад, складывает бумажки.
Переводчик:
— Сяо ляо.
Тот же русский в публике:
— Ван, Ван, что такое «Сяо ляо»?
— Кончил пиздеть.

После того, как всех водителей и оруженосцев обязали проходить психиатрическую медкомиссию исключительно в диспансере, а не по частным лавочкам, в нашей регистратуре снова аншлаг. За день комиссию проходит человек триста, а порой и больше. Многие ворчат, что очень уж большие очереди. Кто-то недоволен: дескать, после всего того, что пришлось пережить и выстоять, доктор был обязан на мне как минимум жениться, а он даже не поцеловал, гад. Так, задал несколько вопросов — и оревуар. А ведь за комиссию деньги плОчены! Они, поди, всем подряд не глядя печати ставят!
Не всем, отнюдь. Вот только за прошлую неделю при мне отказали троим. А сколько было шума! Приходилось врачебную комиссию собирать, чтобы аргументированно объяснить, что за руль — ну никак нельзя. Нет, и за деньги тоже. И за большие в том числе. И если в десятый раз вы с тем же вопросом подойдёте, ответ будет тем же, тут принцип «проще дать, чем отказать» не работает.
Первым кандидатом в пешеходы был очень сердитый молодой человек. Уж больно был ретив. На любой вопрос — сразу рога в пол, пальцы веером, перья в растопырку: «не, ну а чё?». Доктор пожал плечами, отправил к психологу, проходить тесты. У психолога он тоже устроил представление: вскакивал, швырял на пол картинки — мол, что вы мне тут детский сад устроили! Я, между прочим, школу давно окончил, я взрослый человек, я приёмщиком металлолома работаю! И вообще там, где я вырос, за такие шутки я бы уже полчаса как морды бил, а я тут с вами, как последний…этот…джентльмен, вот! Пришлось объяснить, что сэр излишне импульсивен, что само по себе просто несовместимо с управлением средством повышенной опасности. На дороге ведь всякое случается, а решать вопросы с помощью тарана и монтировки — это некомильфо: бамперы нынче делают хлипкими, да и монтировка погнётся от частого употребления…
Читать далее →

Речь о том, что в настоящее время выпускник школы выбирающий ИТ-шную стезю просто попал.

Цитата:
«… Мне 35. Около 10 лет в It. Скорее можно назвать меня неудачником. За 10 лет даже не стал отличным админом, так середнячок … лет 8 назад, помню, когда повесил своё резюме в 2 строчки — получил шквал звонков, просто ах-л. Сейчас даже не рассматривают, хотя резюме стало более значительным. Изучать с+ и прочую смутно имеющее отношение к админству скорее не готов уже … наверное проще другую область осилить.»

ИТ ? В России ? Да треть страны — захребетнички, мусора и силовички, «державнички», их жены, дети, дружки. После того как они «отслужат», каждому из них нужно тёплое местечко, на «руконаправляющей» должности, с зарплатой которая среднему ИТ-шничку и не снилась. Ну какой дурак в ИТ при таком раскладе пойдет ?

Сколько я их не наблюдаю в «естественной среде обитания», так никто себя так вольготно не чувствует как они. Суровый «державный» взгляд, который они всё никак снять не могут, устаканенное, сытое спокойное будущее, уверенность во всём. Или тот же ИТ-шничек. Неуверенность, кризисы, постоянная готовность вылететь с работы, стрессы, ненормированный рабочий день под окрики, и еще при этом необходимость постоянно «развиваться» и «соответствовать».

Сейчас собирательный Запад перекрыл доступ России к кредитам, технологиям, в стране начинается пропаганда технологии изоляционизма, импортозамещения, типа «сами смогём». А как «смогём» если вместо кандидатов физико-математических наук ТОП-ами и кураторами по отраслям поставлены бывшие журналисты, пиарщики, силовички. Эффективность — ноль. И всё это под крики и призывы «затянуть пояса». Правда у самых главных «затягивальщиков», нет нет, да и вылезут из под рукава то часики за 37 миллионов, то зарплаты в полтора-два миллиона. О рядовой пехоте из этой обоймы с зарплатами в жалкие 250 тысяч рублей я вообще молчу.

тынц, тынц

«… В целом здесь себя чувствуешь более защищенным. Кажется, что все сделано с заботой о тебе. В России можно наслаждаться моментом, но всегда будет страх, что завтра тебя уволят, не дадут больничный или отпуск, произойдет дефолт и тебе никто не поможет.»
Читать далее →